Рейтинг книг Аркадия Гайдара

Начиная изучать творчество писателя - уделите внимание произведениям, которые находятся на вершине этого рейтинга. Смело нажимайте на стрелочки - вверх и вниз, если считаете, что какое-то произведение должно находиться выше или ниже в списке. В результате общих усилий, в том числе, на основании ваших оценок мы и получим самый адекватный рейтинг книг Аркадия Гайдара.

  • 1.
    Судьба барабанщика
    "Вокруг 14-летнего Сережи творятся странные дела. Неожиданно появляется незнакомый ему родственник с другом, который мастерски прикидывается больным стариком. Сереже обещают поступление в мичманскую школу, а сначала предлагают познакомиться с сыном одного военного. Но что-то не дает покоя: запах непонятных реактивов, случайно найденный браунинг, слова и поступки нового родственника… На другой день я записался в библиотеку и взял две книги. Одна из них была о мальчике-барабанщике. Он убежал от своей злой бабки и пристал к революционным солдатам французской армии, которая сражалась одна против всего мира. Мальчика этого заподозрили в измене. С тяжелым сердцем он скрылся из отряда. Тогда командир и солдаты окончательно уверились в том, что он – вражеский лазутчик". Аркадий Гайдар ... Далее
  • 2.
    Школа
    В автобиографической повести знаменитого советского писателя Аркадия Гайдара описана школа жизни, мужества и становления характера, пройденная пятнадцатилетним мальчиком в годы революции и Гражданской войны. «Обыкновенная биография необыкновенного времени», иллюстрирующая грандиозные перемены в стране и судьбах людей, рассказана с особой гайдаровской интонацией, юмором и доверительностью. ... Далее
  • 3.
    Судьба барабанщика
    О своей повести «Судьба барабанщика» А. П. Гайдар писал так: «Эта книга не о войне, но о делах суровых и опасных – не меньше, чем сама война». Для среднего школьного возраста. ... Далее
  • 4.
    Повести и рассказы
    Повести и рассказы А.Гайдара: Чук и Гек Голубая чашка Горячий камень
  • 5.
    В дни поражений и побед
    «Москва. Пятницкая, 48. Пониже прибитой красной звезды надпись: «9-е Советские Командные Курсы Рабоче-Крестьянской Красной Армии». Во дворе Сергея сразу же удивили толкотня и разговоры. Бегали курсанты, таскали на грузовики доски и столы. Куда-то волокли набитые соломой тюфяки, а у стены наваливали в огромную груду деревянные топчаны…» ... Далее
  • 6.
    Военная тайна. Горячий камень
    И на что мне иная жизнь? Другая молодость? Когда и моя прошла трудно, но ясно и честно! Гайдар А. П. Горячий камень Аркадий Петрович Гайдар (Голиков, 1904 – 1941) – писатель, публицист, классик детской литературы. В его произведениях нашли отражение бурные события, потрясавшие нашу страну в XX веке. Послушав книги этого замечательного писателя, глубже понимаешь, чем жили люди в уже далекие для нас времена Гражданской войны, тридцатых годов. На диске представлены самые любимые детьми всех возрастов произведения Аркадия Гайдара “Военная тайна” и “Горячий камень”. Он начал писать повесть “Военная тайна” весной 1932 года в Хабаровске, где работал разъездным корреспондентом газеты “Тихоокеанская звезда”. Поначалу писатель предполагал назвать повесть “Такой человек”. Нетрудно увидеть, что “таким человеком” Аркадий Гайдар считал героя этой повести – “малыша Альку”. Он наделил его чертами, которые впоследствии появились и у одного из героев повести “Судьба барабанщика”, Славки Грачковского, и у Тимура Гараева из повести “Тимур и его команда”. Что же это за “военная тайна”, которая вовсе не тайна? А это и есть те черты характера советских людей, их коллективизм, интернационализм, готовность к подвигу, которые Аркадий Гайдар разглядел у советских ребят, и которые, повзрослев, с такой яркостью проявили десять лет спустя, на полях сражений Великой Отечественной войны. “Горячий камень” – за доброй усмешкой писателя над своим рассказом и над самой формой сказки – ну подумайте, какая это волшебная печать: “два креста, три хвоста, дырка с палочкой и четыре запятые”! – за всем этим лежит простая и вместе с тем очень важная мысль: жизнь дается человеку один раз, ее нужно прожить достойно, ее нельзя будет потом “переписать набело”. Обращаясь в сказке к маленьким читателям, Аркадий Гайдар говорит сокровенное о себе самом: “И на что мне иная жизнь? Другая молодость? Когда и моя прошла трудно, но ясно и честно!” ... Далее
  • 7.
    У переднего края
    «У прохода через тяжелую, обшитую грубым тесом баррикаду милиционер проверил мой пропуск на выход из осажденного города. Он посоветовал мне подъехать к передовой линии на попутной машине или повозке, но я отказался. День был хороший, и путь недалекий. А кроме того, на пригорках по машинам иногда открывалась стрельба минами. На одиноко же идущего человека мину тратить – не расчет. Да и в случае чего пешему всегда легче вовремя бухнуться в придорожную канаву…» ... Далее
  • 8.
    Горячий камень
    «ЖИЛ на селе одинокий старик. Был он слаб, плел корзины, подшивал валенки, сторожил от мальчишек колхозный сад и тем зарабатывал свой хлеб. Он пришел на село давно, издалека. Но люди сразу поняли, что этот человек немало хватил горя. Был он хром, не по годам сед. От щеки его через губы пролег кривой рваный шрам. И поэтому, даже когда он улыбался, лицо его казалось печальным и суровым…» ... Далее
  • 9.
    Клятва Тимура
    «Обложка детиздатовской книги «Тимур и его команда». Книгу держит Коля Колокольчиков. Заикаясь и показывая на книгу, он говорит Квакину: – Не люблю, когда врут! Здесь написано, что когда ты был хулиганом, то я стоял перед тобой бледный. Я никогда ни перед кем не стоял бледный. Это не в моем характере… Квакин (добродушно): – Ты стоял весь красный и языком лизал губы. Но вот нос у тебя, кажется, действительно был бледный…» ... Далее
  • 10.
    Голубая чашка
    «Мне тогда было тридцать два года. Марусе двадцать девять, а дочери нашей Светлане шесть с половиной. Только в конце лета я получил отпуск, и на последний теплый месяц мы сняли под Москвой дачу. Мы со Светланой думали ловить рыбу, купаться, собирать в лесу грибы и орехи. А пришлось сразу подметать двор, подправлять ветхие заборы, протягивать веревки, заколачивать костыли и гвозди. Нам все это очень скоро надоело, а Маруся одно за другим все новые да новые дела и себе и нам придумывает. Только на третий день к вечеру наконец-то все было сделано. И как раз, когда собирались мы втроем идти гулять, пришел к Марусе ее товарищ – полярный летчик…» ... Далее
  • 11.
    Лесные братья (Давыдовщина)
    Предлагая эту повесть вниманию читателей «Уральского рабочего», автор должен сделать оговорку. Повесть эта написана на исторической канве, и главные действующие лица ее – действительно существовавшие люди, все же второстепенные персонажи – вымышлены и введены исключительно с тем, чтобы сделать повесть более занимательной и интересной. А поэтому некоторое расхождение написанного с действительно происходившим не должно смущать товарищей, которым когда – либо приходилось встречаться с «лесными братьями». Самих боевиков – Алексея и Ивана Давыдовых автор, поскольку мог, старался вывести без излишних прикрас, по тем материалам и воспоминаниям, которые удалось достать. Автор ... Далее
  • 12.
    Судьба барабанщика
    «Когда-то мой отец воевал с белыми, был ранен, бежал из плена, потом по должности командира саперной роты ушел в запас. Мать моя утонула, купаясь на реке Волге, когда мне было восемь лет. От большого горя мы переехали в Москву. И здесь через два года отец женился на красивой девушке Валентине Долгунцовой. Люди говорят, что сначала жили мы скромно и тихо. Небогатую квартиру нашу держала Валентина в чистоте. Одевалась просто. Об отце заботилась и меня не обижала…» ... Далее
  • 13.
    Василий Крюков
    «У красноармейца Василия Крюкова была ранена лошадь, и его нагоняли белые казаки. Он, конечно, мог бы застрелиться, но ему этого не захотелось. Он отшвырнул пустую винтовку, отстегнул саблю, сунул наган за пазуху и, повернув ослабелого коня, поехал казакам навстречу…» ... Далее
  • 14.
    Тайна горы
    «Прощался с Верой Реммер не как все. Он раскатисто, звонко смеялся, несколько раз подходил к столику, наливал в рюмку коньяк, возбуждённо опрокидывал её в рот и повторял, улыбаясь: – Ну, смотри, чтобы никто и ничего, иначе мы можем сорваться…» ... Далее
  • 15.
    Лёвка Демченко
    «Был этот Демченко, в сущности, неплохим красноармейцем. И в разведку часто хаживал, и в секреты становиться вызывался. Только был этот Демченко вроде как с фокусом. Со всеми ничего, а с ним обязательно уж что-нибудь да случится: то от своих отстанет, то заплутается, то вдруг исчезнет на день, на два и, когда ребята по нем и поминки-то справлять кончат, вывернется вдруг опять и, хохоча отчаянно, бросит наземь замок от петлюровского пулемета или еще что-либо, рассказывая при этом невероятные истории о своих похождениях. И поверить было ему трудно, и не поверить никак нельзя…» ... Далее
  • 16.
    Бомба
    «Сережа Чумаков рассказывал: – Ведь вот, ежели так спросишь: „Что у тебя в бою самое главное, то есть чем ты врага побеждаешь и наносишь ему урон?“ – подумает человек и ответит: „Винтовкою… Ну, или пулеметом, орудием… Вообще смотря по роду оружия“…» ... Далее
  • 17.
    Маруся
    «Шпион перебрался через болото, надел красноармейскую форму и вышел на дорогу. Девочка собирала во ржи васильки. Она подошла и попросила ножик, чтобы обровнять стебли букета…» ... Далее
  • 18.
    Жизнь ни во что (Лбовщина)
    «Над рекой, над хмурыми берегами застывшей Камы, в пяти верстах от Перми раскинулся по крутым холмам рабочий поселок – Мотовилиха… В ночь на 13 декабря 1905 года этот поселок никоим образом не мог числиться входящим в состав Великой Российской империи, ибо за день перед этим он плюнул в лицо этой империи свинцом винтовочных пуль, отгородился от нее баррикадами из выломанных заборов и вывороченных ворот и глядел огоньками раскинувшихся домиков. Чутко всматривался глазами мерзнувших на перекрестках часовых вниз, в темноту, где черная морозная ночь изменчиво прятала темные папахи казачьего отряда…» ... Далее
  • 19.
    Ракеты и гранаты
    «Десять разведчиков под командой молодого сержанта Ляпунова крутой тропкой спускаются к речному броду. Бойцы торопятся. Темнеет, и надо успеть в последний раз на ночь перекурить в покинутом пастушьем шалаше, близ которого расположился и окопался полевой караул сторожевой заставы. Дальше – где-то на том берегу – враг. Его надо разыскать…» ... Далее
  • 20.
    Р.В.С.
    «Раньше сюда иногда забегали ребятишки затем, чтобы побегать и полазить между осевшими и полуразрушенными сараями. Здесь было хорошо. Когда-то немцы, захватившие Украину, свозили сюда сено и солому. Но немцев прогнали красные, после красных пришли гайдамаки, гайдамаков прогнали петлюровцы, петлюровцев – еще кто-то. И осталось лежать сено почерневшими, полусгнившими грудами. А с тех пор, когда атаман Криволоб, тот самый, у которого желто-голубая лента пересекала папаху, расстрелял здесь четырех москалей и одного украинца, пропала у ребятишек всякая охота лазить и прятаться по заманчивым лабиринтам. И остались стоять черные сараи, молчаливые, заброшенные…» ... Далее
  • 21.
    Реввоенсовет
    Ранний вариант Р.В.С., предназначенный для взрослого читателя.
  • 22.
    Комендант снежной крепости
    «Над стройной снежной крепостью с фортами, зубчатыми стенами и башнями развевается флаг – звезда с четырьмя лучами. У открытых ворот выстроился крепостной гарнизон. Из ворот выходит Тимур – комендант снежной крепости. Он оборачивается к Коле Колокольчикову и твёрдо говорит: – С сегодняшнего числа часовые у крепости будут сменяться через час, днём и ночью. – Но… если которых дома не пустят? – Мы подберём таких, которых всегда пустят…» ... Далее
  • 23.
    Тимур и его команда
    Легендарная книга Аркадия Гайдара, под воздействием которой развернулось по всей стране детское общественное движение. Тимур, Коля Колокольчиков, Сима Симаков помогают людям, нуждающимся в поддержке, в особенности родственникам тех, кто служит в Красной Армии. Отмечать их дома маленькими красными звездами и бороться с хулиганами Квакиным и Фигурой начинает и девочка Женя, приехавшая в дачный поселок. ... Далее
  • 24.
    Пути-дороги
    «Два года назад отдыхал я в Гаграх, на кавказском побережье Черного моря. Восхищался сначала горными пейзажами, лазал по ущельям или целыми днями валялся в тени финиковых пальм и роскошных платанов. Но потом осточертело мне море, надоели мне пальмы и надоела солнечная лень. Довез меня пароход до Сочи, а оттуда я прямо на станцию к кассиру…» ... Далее
  • 25.
    Конец Лёвки Демченко
    «Наш взвод занимал небольшое кладбище у самого края деревни. Петлюровцы крепко засели на опушке противоположной рощи. За каменной стеной решетчатой ограды мы были мало уязвимы для пулеметов противника. До полудня мы перестреливались довольно жарко, но после обеда стрельба утихла…» ... Далее
  • 26.
    Бумбараш (спектакль)
    Радиопостановка «Бумбараш» по одноимённой повести Аркадия Петровича Гайдара (настоящая фамилия – Голиков,1904 – 1941) – русский советский детский писатель, участник Гражданской и Великой Отечественной войн. 1918-й год, смутные времена Гражданской войны. Подросток Иртыш оказывается в самой гуще революционных событий, происходящих в селе. Запись 1951 г. Инсценировка – А. Трофимова Режиссёр – Николай Литвинов Композитор – Александр Локшин Действующие лица и исполнители: Ведущий/Павел Трубников – Борис Толмазов Иртыш – Валентина Сперантова старуха – Анастасия Зуева Валька – Зинаида Бокарева командир – Александр Морозов надзиратель – Аркадий Вовси вестовой – Владимир Горелов комиссар – Сергей Лукьянов Ляпунов, купец – Степан Каюков ... Далее
  • 27.
    Обрез (сборник)
    В сборник прозы Аркадия Гайдара вошли его лучшая, по мнению самого автора и критиков, вещь «Голубая чашка», ранние рассказы, печатавшиеся в пермской газете «Звезда», и редко издававшаяся «экзотическая» повесть «Всадники неприступных гор». Не самые известные тексты одного из сильнейших отечественных писателей ХХ века, записанного сегодня в классики детской литературы, предваряет эссе Михаила Елизарова, лауреата Букеровской премии 2008 года. ... Далее
  • 28.
    Тимур и его команда
    «Вот уже три месяца, как командир бронедивизиона полковник Александров не был дома. Вероятно, он был на фронте. В середине лета он прислал телеграмму, в которой предложил своим дочерям Ольге и Жене остаток каникул провести под Москвой на даче…» ... Далее
  • 29.
    Военная тайна
    «Из-за какой-то беды поезд два часа простоял на полустанке и пришел в Москву только в три с половиной. Это огорчило Натку Шегалову, потому что севастопольский скорый уходил ровно в пять и у нее не оставалось времени, чтобы зайти к дяде. Тогда по автомату, через коммутатор штаба корпуса, она попросила кабинет начальника – Шегалова…» ... Далее
  • 30.
    Чук и Гек
    «Жил человек в лесу возле Синих гор. Он много работал, а работы не убавлялось, и ему нельзя было уехать домой в отпуск. Наконец, когда наступила зима, он совсем заскучал, попросил разрешения у начальников и послал своей жене письмо, чтобы она приезжала вместе с ребятишками к нему в гости. Ребятишек у него было двое – Чук и Гек…» ... Далее
  • 31.
    Судьба барабанщика
    Вокруг 14-летнего Сережи творятся странные дела. Неожиданно появляется незнакомый ему родственник с другом, который мастерски прикидывается больным стариком. Сереже обещают поступление в мичманскую школу, а сначала предлагают познакомиться с сыном одного военного. Но что-то не дает покоя: запах непонятных реактивов, случайно найденный браунинг, слова и поступки нового родственника… ... Далее
  • 32.
    Голубая чашка
    «Мне тогда было тридцать два года. Марусе двадцать девять, а дочери нашей Светлане шесть с половиной. Только в конце лета я получил отпуск, и на последний теплый месяц мы сняли под Москвой дачу. Мы со Светланой думали ловить рыбу, купаться, собирать в лесу грибы и орехи. А пришлось сразу подметать двор, подправлять ветхие заборы, протягивать веревки, заколачивать костыли и гвозди…» ... Далее
  • 33.
    Школа
    «Городок наш Арзамас был тихий, весь в садах, огороженных ветхими заборами. В тех садах росло великое множество «родительской вишни», яблок-скороспелок, терновника и красных пионов. Сады, примыкая один к другому, образовывали сплошные зеленые массивы, неугомонно звеневшие пересвистами синиц, щеглов, снегирей и малиновок. Через город, мимо садов, тянулись тихие зацветшие пруды, в которых вся порядочная рыба давным-давно передохла и водились только скользкие огольцы да поганая лягва. Под горою текла речонка Теша. Город был похож на монастырь: стояло в нем около тридцати церквей да четыре монашеских обители. Много у нас в городе было чудотворных святых икон. Пожалуй, даже чудотворных больше, чем простых. Но чудес в самом Арзамасе происходило почему-то мало. Вероятно, потому, что в шестидесяти километрах находилась знаменитая Саровская пустынь с преподобными угодниками и эти угодники переманивали все чудеса к своему месту…» ... Далее
  • 34.
    На графских развалинах
    «Из травы выглянула курчавая белокурая голова, два ярко-синих глаза, и послышался сердитый шепот: – Валька… Валька… да заползай же ты, идол, справа! Заползай сзаду, а то он у-ч-ует. Густые лопухи зашевелились, и по их колыхавшимся верхушкам можно было догадаться, что кто-то осторожно ползет по земле. Вдруг белокурая голова охотника опять вынырнула из травы. Свистнула пущенная стрела и, глухо стукнувшись о доски гнилого забора, упала. Большой, жирный кот испуганно рванулся на крышу покривившейся бани и стремительно исчез в окне чердака…» ... Далее
  • 35.
    Дальние страны
    «Зимою очень скучно. Разъезд маленький. Кругом лес. Заметет зимою, завалит снегом – и высунуться некуда. Одно только развлечение – с горы кататься. Но опять, не весь же день с горы кататься? Ну прокатился раз, ну прокатился другой, ну двадцать раз прокатился, а потом все-таки надоест, да и устанешь. Кабы они, санки, и на гору сами вкатывались. А то с горы катятся, а на гору – никак. Ребят на разъезде мало: у сторожа на переезде – Васька, у машиниста – Петька, у телеграфиста – Сережка. Остальные ребята – вовсе мелкота: одному три года, другому четыре. Какие же это товарищи? Петька да Васька дружили. А Сережка вредный был. Драться любил…» ... Далее
  • 36.
    Тимур и его команда
    …Девочка Женя приезжает на каникулы на дачу, и сразу же с ней начинают происходить странные вещи. Ей приходится ночевать в чужом пустом доме, а поручение старшей сестры, которое ей не удалось выполнить накануне, наутро оказывается выполненным таинственным Тимуром. Самого Тимура и его друзей она встречает на чердаке сарая в своем собственном саду, где те организовали свой штаб. А собрал Тимур свою команду для того, чтобы помогать и оберегать тех, чьи отцы, братья и сыновья ушли в армию. Смелый, отзывчивый, решительный, благородный в своих побуждениях, неугомонный и хитроумный в достижении задуманного, мальчуган Тимур стал образом, которому много лет подражали мальчишки и девчонки. ... Далее
  • 37.
    Рыбаки
    «Подмерзший песчаный берег был тверд и ровен, как асфальтовая мостовая. Море было спокойно, когда мы поехали осматривать сегодняшний улов. Нас было трое: четырнадцатилетний паренек-рыбак, его мать, крепкая сухощавая старуха в высоких сапогах из тюленьей кожи, и я. Мы плыли вдоль берега, когда из какой-то рыбацкой избушки вышел человек и что-то закричал нам вдогонку. Я не расслышал, но старуха поняла его…» ... Далее
  • 38.
    Бензин, керосин, лигроин
    «На горе, за Китайской слободой, стоит старая, позаброшенная кумирня. Ржавые, опутанные проволокой заборы, размытые дождями развалины, зловонная мусорная свалка с грудами грязного битого стекла – все это отталкивает и заставляет поспешать прочь случайно попавшего сюда человека…» ... Далее
  • 39.
    Чук и Гек
    Герои замечательной повести Аркадия Гайдара (1904–1941) – неугомонные мальчики Чук и Гек. Эта книжка о настоящей любви, дружбе и верности, о том, что «надо честно жить, много трудиться и крепко любить и беречь эту огромную счастливую землю». ... Далее
  • 40.
    Дым в лесу
    «Моя мать училась и работала на большом новом заводе, вокруг которого раскинулись дремучие леса. На нашем дворе, в шестнадцатой квартире, жила девочка, звали ее Феня. Раньше ее отец был кочегаром, но потом тут же на курсах при заводе он выучился и стал летчиком…» ... Далее
  • 41.
    Р.В.С.
    «Раньше сюда иногда забегали ребятишки затем, чтобы побегать и полазить между осевшими и полуразрушенными сараями. Здесь было хорошо. Когда-то немцы, захватившие Украину, свозили сюда сено и солому. Но немцев прогнали красные, после красных пришли гайдамаки, гайдамаков прогнали петлюровцы, петлюровцев – еще кто-то. И осталось лежать сено почерневшими, полусгнившими грудами. А с тех пор, когда атаман Криволоб, тот самый, у которого желто-голубая лента пересекала папаху, расстрелял здесь четырех москалей и одного украинца, пропала у ребятишек всякая охота лазить и прятаться по заманчивым лабиринтам. И остались стоять черные сараи, молчаливые, заброшенные…» ... Далее
  • 42.
    Чук и Гек, Р.В.С., Голубая чашка
    И на что мне иная жизнь? Другая молодость? Когда и моя прошла трудно, но ясно и честно! Гайдар А. П. Горячий камень Аркадий Петрович Гайдар (Голиков, 1904 – 1941) – писатель, публицист, классик детской литературы. В его произведениях нашли отражение бурные события, потрясавшие нашу страну в XX веке. Послушав книги этого замечательного писателя, глубже понимаешь, чем жили люди в уже далекие для нас времена Гражданской войны, тридцатых годов. В рассказе “Чук и Гек”, в разговорах его взрослых и маленьких героев, в раскрывающейся перед читателями панораме нашей огромной страны, Аркадий Гайдар отстаивает свой оптимизм, свою непреклонную веру в правоту ленинского дела, которое все равно одолеет любые беды и трудности. Как жизненное кредо писателя звучат заключительные строки: “Что такое счастье – это каждый понимал по-своему. Но все вместе люди знали и понимали, что надо честно жить, много трудиться и крепко любить и беречь эту огромную счастливую землю, которая зовется Советской страной”. “Р.В.С.” – первое произведение Аркадия Гайдара, адресованное детям. В творчестве писателя эта небольшая повесть занимает важное место. Именно в ней начинает ярко проявляться особая, столь характерная для Аркадия Гайдара манера разговора с Детским читателем: серьезность, общественная значимость, а порой и трагичность затрагиваемых им вопросов, включение юных героев своих произведений в главные события, заботы, которыми живет страна, доверительность интонации, сдержанный лиризм, мягкий юмор, все то, что и поныне завоевывает сердца читателей, обеспечивая книгам Аркадия Гайдара их долголетие. “Мне тогда было тридцать два года…” – так начинается “Голубая чашка”. Летом 1935 года, когда в селе под Арзамасом Аркадий Гайдар написал эти слова, и осенью в Малеевке, под Москвой, когда писатель заканчивал рассказ, ему действительно шел тридцать второй год. На фронтовых дорогах гражданской войны встречалась ему Маруся – Мария Плаксина. В первом варианте “Голубой чашки” была не дочь Светлана, а сын – Димка… Но суть, конечно, не в этом. Рассказ “Голубая чашка” автобиографичен в ином, более высоком смысле слова. В этом рассказе Аркадий Гайдар широко распахивает перед читателем свой внутренний мир. Здесь отчетливее, чем в других произведениях писателя, мы видим самого Аркадия Гайдара, каким он был в свои тридцать два года. Его голос звучит свободно, раскованно, он полон человеческого тепла и доброты, мягкий юмор позволяет убедительно и ненавязчиво высказать важные мысли. ... Далее
  • 43.
    Школа
    «Городок наш Арзамас был тихий, весь в садах, огороженных ветхими заборами. В тех садах росло великое множество «родительской вишни», яблок-скороспелок, терновника и красных пионов. Сады, примыкая один к другому, образовывали сплошные зеленые массивы, неугомонно звеневшие пересвистами синиц, щеглов, снегирей и малиновок. Через город, мимо садов, тянулись тихие зацветшие пруды, в которых вся порядочная рыба давным-давно передохла и водились только скользкие огольцы да поганая лягва. Под горою текла речонка Теша…» ... Далее
  • 44.
    Четвертый блиндаж
    «Колька и Васька – соседи. Обе дачи, где они жили, стояли рядом. Их разделял забор, а в заборе была дыра. Через эту дыру мальчуганы лазили друг к другу в гости. Нюрка жила напротив. Сначала мальчишки не дружили с Нюркой. Во-первых, потому, что она девчонка, во-вторых, потому, что на Нюркином дворе стояла будка со злющей собакой, а в-третьих, потому, что им и вдвоем было весело. А подружились вот как…» ... Далее
  • 45.
    Голубая чашка. Рассказы про детей
    В книгу «Голубая чашка. Рассказы про детей» вошли рассказы писателей с мировым именем – «Дед Архип и Лёнька» Максима Горького, «Рыцарь» Владимира Железникова и «Голубая чашка» Аркадия Гайдара. Произведения входят в программу обязательного чтения в начальной школе. Для младшего школьного возраста. ... Далее
  • 46.
    Дальние страны
    «Зимою очень скучно. Разъезд маленький. Кругом лес. Заметет зимою, завалит снегом – и высунуться некуда. Одно только развлечение – с горы кататься. Но опять, не весь же день с горы кататься? Ну прокатился раз, ну прокатился другой, ну двадцать раз прокатился, а потом все-таки надоест, да и устанешь. Кабы они, санки, и на гору сами вкатывались. А то с горы катятся, а на гору – никак. Ребят на разъезде мало: у сторожа на переезде – Васька, у машиниста – Петька, у телеграфиста – Сережка. Остальные ребята – вовсе мелкота: одному три года, другому четыре. Какие же это товарищи?..» ... Далее
  • 47.
    Пусть светит
    «Отец запаздывал, и за стол к ужину сели трое: босой парень Ефимка, его маленькая сестренка Валька и семилетний братишка по прозванию Николашка-баловашка. Только что мать пошла доставать кашу, как внезапно погас свет…» ... Далее
  • 48.
    Горячий камень
    «ЖИЛ на селе одинокий старик. Был он слаб, плел корзины, подшивал валенки, сторожил от мальчишек колхозный сад и тем зарабатывал свой хлеб. Он пришел на село давно, издалека. Но люди сразу поняли, что этот человек немало хватил горя. Был он хром, не по годам сед. От щеки его через губы пролег кривой рваный шрам. И поэтому, даже когда он улыбался, лицо его казалось печальным и суровым…» ... Далее
  • 49.
    Всадники неприступных гор
    «Вот уже восемь лет, как я рыскаю по территории бывшей Российской империи. У меня нет цели тщательно исследовать каждый закоулок и всесторонне изучить всю страну. У меня просто – привычка. Нигде я не сплю так крепко, как на жесткой полке качающегося вагона, и никогда я не бываю так спокоен, как у распахнутого окна вагонной площадки, окна, в которое врывается свежий ночной ветер, бешеный стук колес, да чугунный рев дышащего огнем и искрами паровоза…» ... Далее
  • 50.
    300 робинзонов
    «– Итак, товарищи, вперед к победам! Вы смело поплывете по бурным волнам Японского моря и достигнете пустынных берегов острова Римского-Корсакова. 32 тысячи центнеров иваси – вот ваша задача. Что же касается, якобы вам выдали мало продуктов, то это довольно-таки странно. Спецовку вам выдадут. Продуктов же для вас вполне хватит на четверо суток. А за эти четверо суток быстроходные корабли Рыбтреста своевременно доставят вам в изобилии все положенные по колдоговору и продукты и припасы…» ... Далее
  • 51.
    Никчемная смерть
    «Здравствуй, дорогая, пишу тебе из действующей армии, все из того же из славного 113-го полка. А местность, откуда пишу, не указываю, потому что опасаюсь, как бы не перехватила это письмо вражья сила и не использовала мое указание во вред пролетариату…» ... Далее
  • 52.
    Кавалерийская походная
    «Травы наземь клонятся, Ветер тучи рвет, А по степи конница Красная идет…»
  • 53.
    3000 вольт
    «Как-то раз редактор одной из провинциальных газет призвал меня к себе и начал отчитывать следующими словами…»
  • 54.
    Совесть
    «Нина Карнаухова не приготовила урока и решила не идти в школу…»
  • 55.
    Гибель 4-й роты
    «На днях я прочитал в газете извещение о смерти Якова Берсенева. Я давно уже потерял его из виду, и, просмотрев газету, я был удивлен не столько тем, что он умер, сколько тем, как еще он смог прожить до сих пор, имея не менее шести ран – сломанные ребра и совершенно отбитые прикладами легкие…» ... Далее
  • 56.
    Случай массового гипноза
    «Некий молодой человек, 1906 года рождения, после долгого размышления о смысле жизни записал в свой дневник следующее, на первый взгляд странное замечание: „С настоящего момента я даю себе слово всегда следовать указаниям Высшего Разума и законам магнетизма“…» ... Далее
  • 57.
    Тимур и его команда (сборник)
    «В книгу вошли наиболее известные произведения А.П. Гайдара (1904–1941): «Чук и Гек», «Голубая чашка», «Тимур и его команда», «На графских развалинах». Для среднего школьного возраста. ... Далее
  • 58.
    Война и дети
    «Тыловая железнодорожная станция на пути к фронту. Водонапорная башня. Два прямых старых тополя. Низкий кирпичный вокзал, опоясанный густыми акациями. Воинский эшелон останавливается. К вагону с кошелками в руках подбегают двое поселковых ребятишек…» ... Далее
  • 59.
    Чук и Гек (сборник)
    В книгу вошли лучшие произведения Аркадия Гайдара (1904-1941) для детей: «Голубая чашка», «Четвертый блиндаж», «Чук и Гек» и «Тимур и его команда».
  • 60.
    Проклятая дочь
    «Есть за городом возле оврага, возле маленькой речки Ягошихи, старое кладбище. Там, посередине, возле белой пустой церкви, торчат памятники над могилами умерших купцов, почетных граждан, убитых и просто мирно скончавшихся полковников и прочих знатных и видных горожан. Но чем дальше забираешься вглубь к краям кладбища, тем гуще и беспорядочней выбивается дикий кустарник, тем меньше мраморных плит и железных решеток…» ... Далее
  • 61.
    Сорок вопросов
    «Выдумали какую-то «Викторину». Очень несуразная, по-моему, игра. Задают человеку вопрос: кто такой Буцефал?..»
  • 62.
    Проводы
    «Собрался Борька Назаровский в военную школу поступать. Провожали его домашние честь по чести. И каждому была охота напоследок свое слово вставить…» ... Далее
  • 63.
    Бригадир товарищ Волков
    «Вскинув на плечо увесистый молот, выпятив колесом похожую на паровой котел грудь, шагает по дороге здоровый дядя. Куда он, собственно, шагает, это никому, в том числе и художнику, не известно…» ... Далее
  • 64.
    Мысли о бюрократизме
    «Классический тип старорежимного бюрократа встречается теперь как редкость, сохранившаяся разве на какой-либо мелкой должности зав. канцелярии губархива, или статбюро, или особой комиссии при губземуправлении…» ... Далее
  • 65.
    Чук и Гек (сборник)
    В книгу входят широко известные и любимые детьми рассказы «Голубая чашка», «Дым в лесу» и «Чук и Гек», повесть «Тимур и его команда», а также быль, повествующая о жизни писателя Аркадия Гайдара. Для среднего школьного возраста. ... Далее
  • 66.
    У переправы
    «Наш батальон вступал в село. Пыль походных колонн, песок, разметанный взрывами снарядов, пепел сожженных немцами хат густым налетом покрывали шершавые листья кукурузы и спелые несобранные вишни. Застигнутая врасплох немецкая батарея второпях ударила с пригорка по головной заставе зажигательными снарядами…» ... Далее
  • 67.
    Мост
    «Прямой и узкий, как лезвие штыка, лег через реку железный мост. И на нем высоко, между водой и небом, через каждые двадцать-тридцать метров стоят наши часовые. Вправо по берегу за камышами – а где точно, знают только болотные кулики да длинноногие цапли – спрятан прикрывающий мост батальон пехоты. На другом берегу на горе, в кустарнике, – артиллеристы-зенитчики. По мосту к линиям боя беспрерывно движутся машины с войсками, оружием и боеприпасами. По мосту проходят и проезжают в город на рынок окрестные колхозники…» ... Далее
  • 68.
    Восемь лучших произведений в одной книге
    В эту книгу выдающегося писателя Аркадия Петровича Гайдара (1904–1941) вошли его наиболее известные произведения: «Школа», «Чук и Гек», «Голубая чашка», «Тимур и его команда», «Судьба барабанщика» и другие. Книга адресована детям среднего школьного возраста. ... Далее
  • 69.
    Советская площадь
    «Это был 1919 год – кажется, февраль. Мне только исполнилось пятнадцать лет. И вот командующий, который, по добродушию, именовал меня то ординарцем, то адъютантом, сказал: – Я уезжаю на Советскую площадь. Герой, не хмурься! Я взял бы и тебя, но в машине нет бензина, и я поеду верхом…» ... Далее
  • 70.
    Поход
    «Ночью красноармеец принес повестку. А на заре, когда Алька еще спал, отец крепко поцеловал его и ушел на войну – в поход. Утром Алька рассердился, зачем его не разбудили, и тут же заявил, что и он хочет идти в поход тоже. Он, вероятно бы, закричал, заплакал. Но совсем неожиданно мать ему в поход идти разрешила…» ... Далее
  • 71.
    Сказка о бедном старике и гордом бухгалтере
    «Жил да был в деревеньке Ягвинской, Ильинского района, бедный мужик Егор Макрушин. И такая у этого мужика мытарная жизнь была, что как ни бился, как ни крутился, а не было ему от судьбы удачи, – хотя ковырялся он в земле с утра до ночи, и старуха по дому работала, и даже бесхвостая Шавка огурцы в огороде стерегла от разбойных мальчишек, у которых своих огурцов сколько хочешь, а нет – подай им стариковы…» ... Далее
  • 72.
    Табель о рангах
    «Раньше было проще. Упомянутый табель ясно указывал чиновнику его место в запутанной канцелярии Российской империи. Каждый сверчок знал свой шесток. И с этого исторического шестка он или «покорнейше» свиристел, обращаясь к особам, восседавшим выше него, или громоподобно рыкал на тех, кои волею судеб занимали нижние ступени иерархической лестницы…» ... Далее
  • 73.
    Профсоюзные испанцы XIV века
    «До сих пор я думал, что ведьмы, колдуны и черти окончательно лишены права союзного гражданства и существуют только кое-где в воображении наиболее темных и отсталых обитателей глухих углов нашей обширной страны…» ... Далее
  • 74.
    Шумит Мудьюга
    «В лесу, недалеко от устья извилистой речки Мудьюги, сошлись кучкой деревни: Кушкушара, Горки, Наволок, Верховье, Патракеево и Кадь. При въезде в любую из этих деревень, объединяемых Патракеевским сельсоветом, первое, что удивит глаз чужого человека, это множество больших, красивых домов. Они не похожи ни на городские домики рабочих окраин, ни на просторные, тяжелые избы северных деревень. Крытые железом, окрашенные в голубой или серый цвет, разделенные на несколько комнат, заставленных буфетами, шкафами, диванами и этажерками, они напоминают купеческие особняки бывшего уездного города…» ... Далее
  • 75.
    Жизнь ни во что (Лбовщина)
    Повесть «Жизнь ни во что (Лбовщина)» – главное пермское произведение Аркадия Гайдара. Впервые напечатанная в нескольких выпусках газеты «Звезда» зимой 1926-го, повесть описывала революционные события 1905–1908 гг.: уличные бои в Мотовилихе, последующую партизанскую войну в прикамских лесах, арест и казнь «полевого командира» восставших, Александра Лбова в Вятке. Первая «профессиональная» вещь Гайдара, написанная по воспоминаниям очевидцев, вызвала широкий резонанс в регионе и послужила началом его писательской карьеры. ... Далее
  • 76.
    Обыкновенная биография
    «…С тех пор прошло многое: Октябрь, Боевая дружина сормовских рабочих, Особый революционный отряд, фронт, плен, гибель Чубука, прием в партию, пуля под Новохоперском и госпиталь. Я отвернулся от странного зеркала и почувствовал, как легкое волнение покачивает и слегка кружит мою только что поднявшуюся с госпитальной подушки голову…» ... Далее
  • 77.
    Угловой дом
    «– На перекрестки! – задыхаясь, крикнул командир отряда. – Всю линию от Жандармской до Покровки… Сдыхайте, но продержитесь три часа. И вот…»
  • 78.
    Обрез
    «Мой помощник Трач подъехал ко мне с таким выражением лица, что я невольно вздрогнул. – Что с вами? – спросил его я. – Уж не прорвались ли геймановцы через Тубский перевал? – Хуже, – ответил он, вытирая ладонью мокрый лоб. – Мы разоружаемся. – Что вы городите, – улыбнулся я. – Кто и кого разоружает?..» ... Далее
  • 79.
    Бандитское гнездо
    «Переходили мы в то время речку Гайчура. Сама по себе речка эта – не особенная, так себе, только-только двум лодкам разъехаться. А знаменита эта речка была потому, что протекала она через махновскую республику, то есть, поверите, куда возле нее ни сунься – либо костры горят, а под кострами котлы со всякой гусятиной-поросятиной, либо атаман какой заседает, либо просто висит на дубу человек, а что за человек, за что его порешили – за провинность какую-либо, просто ли для чужого устрашения, это неизвестно…» ... Далее
  • 80.
    Метатели копий
    «Современный бюрократ хитер. Давно прошли те времена, когда, наголовотяпив, сорвав план, угробив срочный заказ, отделавшись от работы заковыристой отпиской, бюрократ тихонько помалкивал, втайне надеясь, что все само собой, как-нибудь обойдется, заглохнет, завязнет в бумагах и скроется в архивах от острых взоров прокуратуры и РКИ…» ... Далее
  • 81.
    Серёжа, выдай…
    «На столе лежат две толстые пачки разноцветных записок. Большинство из них – кое-как оторванные клочки случайно подвернувшейся бумаги. Клочок исписанного протокола, использованная желтая квитанция, листок папиросной бумаги, кусок синей промокашки и даже оборотная сторона от порожней папиросной пачки. Всего сто девяносто четыре штуки…» ... Далее
  • 82.
    Ребята! Обращение к тимуровцам Киева и всей Украины
    «Ребята! Прошло меньше года с тех пор, как мною была написана повесть „Тимур и его команда“…»
  • 83.
    Ночь в карауле
    «В караульном помещении тихо. Красноармейцы очередной смены, рассевшись вокруг стола, разговаривают так, чтобы не мешать отдыху только что сменившихся товарищей. Но разговор не клеится, ибо мерное тиканье маятника нагоняет сон, и глаза против воли слипаются…» ... Далее
  • 84.
    Берись за оружие, комсомольское племя!
    «Война! Ты говоришь: я ненавижу врага. Я презираю смерть. Дайте винтовку, и я пулей и штыком пойду защищать Родину. Все тебе кажется простым и ясным. Приклад к плечу, нажал спуск – загремел выстрел…» ... Далее
  • 85.
    Перебежчики
    «Я только что сел за поданный доброй хозяйкой ломоть горячего хлеба с молоком, как в дверь с шумом ворвался подчасок и крикнул: – Товарищ командир! Подбираются белые, прямо так по дороге и прут человек двадцать. Я выскочил. Пост был шагах в сорока, у стены кладбища. Первый взвод уже рассыпался вдоль каменной ограды, и пулеметчик, вдернув ленту, сказал: – Эк прут! От луны светло, всех дураков тремя очередями снять можно. Разреши, товарищ командир, пропустить пол-ленты…» ... Далее
  • 86.
    В добрый путь!
    «…Беспрестанно гудят паровозы. Уходят длинные эшелоны. Это ваши отцы, братья, родные, знакомые идут на фронт – туда, где отважная Красная Армия ведет с врагами бой, равного которому еще никогда на свете не было…» ... Далее
  • 87.
    Распущенность
    «Кажется, у Немировича-Данченко есть такая картинка: приводят пленного японца. Пока то да сё, попросил он у солдата умыться. Ополоснул голову из котелка и стал ее намыливать. Долго намыливал, фырчал, растирая лицо, смыл мыло, зачерпнул еще котелок воды, начал зубы полоскать и грудь холодной водой окатывать…» ... Далее
  • 88.
    Сережка Чубатов
    «У костра на отдыхе после большого перехода заспорили красноармейцы. – Помирать никому неохота, – сказал Сережка Чубатов. – Об этом еще в древности философы открытие сделали. Да и так, сам по себе на опыте знаю. Но, конечно, тоже – смерть смерти рознь бывает. Ежели, например, подойдешь ты ко мне и скажешь: «Дай я тебя прикладом по голове дерну», – то, ясное дело, не согласишься, и даже очень. Потому с какой стати? Неужели она, голова, у меня для того и создана, чтобы по ней прикладом либо еще каким посторонним предметом ни за что ни про что стукали?..» ... Далее
  • 89.
    Ударник
    «Сыну моему сейчас двадцать один год. На днях ушел в армию. Мать пошла провожать его до казарм. Мне же было некогда: завод, работа – своя горячка. Вернувшись домой, матери я не застал. Через час пришла и она…» ... Далее
  • 90.
    Орудийный ключ
    «Возле деревеньки Новоселовки, что в одной версте от тракта, по которому раньше гнали каторжников в Сибирь, есть ключ. Называется он теперь Орудийным, а раньше просто без всякого названия был. Вода в этом ключе холодная, и даже кони наши и те воду эту с передышкой пили…» ... Далее
  • 91.
    Прохожий
    « Внутренность избы. На сцене офицер. Офицер (говорит по полевому телефону) . Доношу: я с эскадроном в шестьдесят клинков занял без боя деревню Тумашово. Партизанский отряд красных под командой шахтера Дубова пока не обнаружен. Под окном голоса, шум. Ищу оружие. Веду обыск, допрос, разведку. Всё! Входит ординарец… » ... Далее
  • 92.
    Из поэмы «Пулеметная пурга»
    «Еще и еще раз в эти метельные дни Надо вспомнить о том, что прошло. Как в пурге пулеметной трехдюймовок огни Зажигались светло…»
  • 93.
    Письмо
    «Шелестел над речкой Осенью тростник. Говорил товарищам Парень-отпускник: – Службу отслужил я, И домой пора…»
  • 94.
    Наблюдатель
    «– Товарищ Сергеев, – сказал комбат, – Снарядов полет не виден, Попробуй взберися на этот дуб, Быть может, и что-нибудь выйдет…»
  • 95.
    Наш отряд
    «Наша деревенька В поле затерялась, В нашей деревеньке Только три двора. Как-то ранним утром Кучкою собралась, Игры затевая, Наша детвора…»
  • 96.
    Кама
    «Ты хочешь спать после долгого летнего дня, после сутолоки, гулкого эха пароходных сирен, утомившаяся от тяжелого хода груженых барж, крика и гомона купающихся комсомольцев и несмолкающего плеска весел подлуночных лодчонок, на которых две тени – два пятна и у которых плеск воды смешивается с звонким смехом, а смех с шепотом о том, что старо, как мир и как ты сама…» ... Далее
  • 97.
    Пересекретничали
    «Конечно, осторожность никогда не мешает. Знаете, всякие там подозрительные личности с иностранным акцентом. Распустишь язык – глядишь, на хозяйственный шпионаж нарвался!..» ... Далее

Комментарии: